14:15 

Omnia vanitas
Я не администрирую все рекламируемые игры.
Калила и Димна, или Поучительная беседа двух шакалов

Уайтхолл, почти полдень




(c) Барбара Палмер

@темы: Элизабет Бересфорд, Джон Рочестер, Джеймс Монмут, Барбара Палмер

URL
Комментарии
2011-02-06 в 14:23 

Omnia vanitas
Я не администрирую все рекламируемые игры.
Пожалуй, Генри Бересфорд не испытывал подобного пиетета как сейчас, в Уайтхолльском дворце, даже вступая под своды храма Господня. Было неважно, что король вернулся в эти стены совсем недавно, что еще несколько лет назад здесь и в помине не было той лихорадочно веселой суеты, которая вернулась в Англию с кавалерами и дамами, скитавшимися по континенту. Бересфорд не был в свое время представлен Карлу Первому и мог лишь воображать, каким Уайтхолл был в те, прежние времена, однако то, что теперь представало его взору, полностью соответствовало тем картинам, которые рисовала ему фантазия. Каждый шаг приближал его к чужому блеску. Кастлмейн! Она найдет для его Бесс подходящего мужчину. Бэкингем, может быть, он же ее кузен. Или еще кто-нибудь, столь же знатный...
-Если все получится, Бесс, ты будешь бывать здесь очень часто, - заметил он семенящей рядом дочери.

Каждый шаг ледяным звоном отражался в подсознании Бесс. Она крепко держала отца за рукав, словно боялась потеряться, заблудиться в этих залах как маленький ребенок. Каждая комната внушала ужас, но девушка держалась из последних сил, стараясь успокоиться любыми способами.
Она улыбалась и, казалась, была очень свежа. Но только снаружи. Внутри все дрожало.
- Конечно, все получится, отец, - с необычайной уверенность вдруг ответила она, и сама, кажется, поверила себе, отчего задышалось легче, - все непременно получится, - повторила она, с улыбкой глядя отцу прямо в глаза.

Когда леди Кастлмейн доложили о приходе сквайра Бересфорда с дочерью, та с трудом припомнила, о ком идет речь, и в первое мгновение хотела было указать деревенскому дворянчику на дверь, но все же передумала. Кузина Мэри что-то говорила о свежей деревенской мордашке мисс Бересфорд - за таким фасадом, как правило, прячется гудящий пустотой чердак. Может быть, девчонка пригодится в борьбе за влияние на Карла, который в последнее время явно заскучал. Пусть он получит игрушку из рук Барбары - это принесет ей множество приятных сюрпризов, мелких и крупных. Фаворитка велела пригласить гостей в комнаты.

На вкус Бересфорда, Кастлмейн была не так уж хороша, но коли уж король был столь неразоборчив, что оставалось его добрым подданным, кроме как превозносить прелести его любовницы.
-Миледи, - он поклонился так низко и так старательно, что в пояснице что-то зловеще хрустнуло, - для меня величайшая честь лицезреть даму, о чьей красоте и добросердечии я столь наслышан. Позвольте выразить вам глубочайшую признательность за согласие уделить нам немного своего драгоценного времени и представить свою дочь, мисс Элизабет.

Барбара оглядела девицу еще до того, как дворянчик закончил свою тираду и удовлетворенно кивнула: красива, но не слишком, в меру неуклюжа, это пройдет... По части чердака все тоже должно быть в порядке. А папаша не дурак, вон как смотрит, чтобы девчонка не вертелась и улыбалась герцогине Кливленд.
- Садись, дитя, - с ласковостью сытого питона предложила Барбара, взглядом указав на кресло рядом с собой. Скользкий шелковый чехол послужит прекрасной проверкой того, сумеет ли девица не показать себя дурой, которая и в кресле не может усидеть спокойно.

Бесс склонилась в самом почтительном реверансе. Ее отец не отставал в почтительных жестах, и, кажется, у него даже хрустнуло в позвоночнике.
Отец, вы совершенно не беспокоитесь о своем здоровье...
Девушка свободно вздохнула и заулыбалась, когда миледи ей одобрительно кивнула и даже пригласила сесть рядом с собой. Элизабет робко подошла, еще раз нырнула в реверанс, и аккуратно села.
Приглашение оказалось с подвохом, но девушке повезло. Она села довольно глубоко в кресло, вместо обычного самого краешка, что помогло ей вовремя спохватиться и старательно удерживать равновесие.
Бесс немного растерялась, но тут же замаскировалась лучезарной и полной доверия улыбкой. Она поглядывала на отца, ища поддержки в его глазах, и вновь устремляла взгляд на миледи, полный восторга.
Не каждый день будешь сидеть в одной комнате с такой важной особой, как графиня Кастлмейн.

От ухмылки Барбару спасали только железная воля и годы тренировки. Дворяночка сияла, как новенький золотой: сама миледи предложила ей кресло в этой волшебной комнате в чудесном дворце...
- Как вы находите Лондон, милочка? - светским тоном полюбопытствовала Барбара и тут же добавила:
- Он всегда отвратителен в это время года, - она пожала плечами и чуть отвернулась от окна, где на безмятежно-голубом небе светило весеннее солнце.
Лицо папеньки девицы доставило графине подлинное удовольствие. Беспокойство. А родитель-то не переоценивает способностей своей дочурки.

Ооо, она разговаривает со мной!
- Лондон чудесный город, здесь столько всего интересного, - начала Бесс воодушевлено, но закончить не успела.
Миледи не вовремя дала свою оценку городу. Девушка замолкла и устремила свой взор в окно, куда до недавнего времени посматривала Барбара Палмер.
Лондон в ту же секунду померк в глазах Элизабет, но она по прежнему недоумевала: чем же город не угодил графине? Однако спрашивать она не решалась.

Бересфорд до чрезвычайности сожалел, что не может сейчас наступить дочери на ногу, чтобы Бесс осознала всю глубину своей бестолковости. Овца, как есть овца! Миледи с тобой не просто заговорила, но и соблаговолила высказать свое мнение - уж не для того, чтобы его оспорили! Согласись с ней, докажи, что она права, ну же! Ох, грехи наши тяжкие, все приходится делать самому...
-Должен заметить, что воздух в деревне несравнимо чище и здоровее, однако уверен, миледи графиня, что вы никому бы не пожелали провести вне Лондона больше пары месяцев - ибо где и кипит жизнь, как не здесь.

Барбара укоризненно воззрилась на встрявшего папашу. Пока длилась неловкая пауза, графиня Кастлмейн похвалила себя за то, что согласилась принять потешную парочку. А заодно восхитилась собственным умом. И красотой. Так, не отвлекаемся.
Родителю очевидно осточертела жизнь на чистом и здоровом воздухе, и теперь ставка только на младшее поколение. Вопрос только в том, насколько оно приручено - вздорной глупостью управлять хлопотно. С другой стороны, одернула себя герцогиня, экземпляр настолько хорош, что грешно отпускать этого мотылечка.
- Вне всяких сомнений, сударь. Есть немало печальных примеров тому, как за полгода жизни в деревне самые изящные дамы перенимают вид и манеры кухарок, - проворковала Барбара, снова обращая милостивый взор на девушку.

Бесс по взгляду отца прочитала все его недовольство и раздражение. Она испугалась и поняла, что вновь все делает неправильно.
Теперь было резоннее вообще молчать и лишь хлопать ресницами.
Последние слова миледи ввели девушку в растерянность. Она не могла понять, что они означали. Просто ли мысль, выраженная в легком сарказме, в ответ отцу, или же тонкий намек на всю сущность дочери сэра Бересфорда.
Решив, что скорее всего это был второй довод из ее рассуждений, и покраснела.

-Именно этой судьбы я не желал бы для моей Бесс, - произнес Бересфорд так проникновенно, что можно было вообразить, будто Элизабет - его единственнное и горячо любимое дитя, последняя утеха и опора в надвигающейся старости.На самом же деле заботливый родитель призывал на головы своего бестолкового чада все громы и молнии, какие только существовали на белом свете. Как некстати его дочка решила поиграть в смущение!
-Я смею думать, миледи графиня, что при дворе смогли бы должным образом развить и использовать те природные задатки, коими Господь наградил ее.


"Какой слаженный дуэт возникает, если все делать невпопад", - философски подумалось Барбаре. Эта мысль породила другую, менее пристойную, напомнив леди Кастлмейн о короле, а вслед и о деле.
- Смогли бы, - воспользовалась графиня ненавязчивой формулировкой. - Конечно, ничто не дается даром. И природные таланты развиваются упорным трудом, даже под мудрым руководством.
Барбара размеренно и вдумчиво говорила в пустоту, ни на кого особенно не глядя. Девица должна бы уже опомниться и перестать сидеть истуканом: даже отчаянно хорошенькие личики не выдерживают долгой проверки смущением и глупеют. Если она возьмется делать толк из этой провинциалки, придется той для начала провести денек перед зеркалом и научиться владеть собственным лицом.

URL
2011-02-06 в 14:35 

Omnia vanitas
Я не администрирую все рекламируемые игры.
Последовав за лакеем, который предварил их появление монотонным перечислением всех титулов герцога и графа, молодые люди застали леди Барбару в обществе дворянина средней руки и юной леди, которую лорд Рочестер (по мению Монмута) наверняка охарактеризовал бы как «довольно мила», а Джеймс счел просто прехорошенькой.
Воодушевившись благоприятным исходом своей беседы с лордом-канцлером, герцог Монмут вступил в покои леди Кастлмейн без того должного трепета, которая должна была внушать столь грозная дама.
Со свойственной юности беспечностью Джеймс проигнорировал язвительное настроение миледи и пылко приветствовал ее, словно олицетворяя собой лучезарную английскую погоду (покуда той не придет каприз испортиться).
– Миледи, – с изяществом поклонился Джеймс, – сегодня вы радуете восхищенный взор, затмевая красой и свежестью саму весну.
Как говорил его отец: «Если не знаешь, как начать разговор с женщиной – расскажи ей, как она красива».

"Еще одно идиотически-счастливое существо", - констатировала Барбара, прикрывая невольную усмешку веером. При желании жест можно было истолковать как благодарность за коплимент. Она отметила это про себя, с удивлением обнаружив, что уже прикидывает в уме полезные навыки, которые неплохо бы передать девице, как ее зовут...Похоже, небольшая пауза только к лучшему. Азарт надо держать в узде.
- Природа всегда хороша, как говорят, - покосилась графиня на Бересфорда, - Но теперь я буду надеяться, что мы не встретимся промозглой осенью, милорд, - Барбара улыбнулась Монмуту и кивнула стоящему чуть поодаль кузену. Приятная наружность - семейное, тщеславно подумала леди Кастлмейн, - совмещалась в нем с несносным характером, что положительно нравилось Барбаре.

Бересфорды учтивейшим образом раскланялись с важными гостями, но поскольку миледи Кастлмейн не дала себе труда представить их друг другу, сэр Генри мог только с тоской наблюдать, как прямехонько у него под носом расхаживает отборная дичь. Мысленно Бересфорд уже успел выдать Элизабет за Рочестера, уложить ее в постель к Монмуту, понянчить на коленях сперва наследника графского титула, а потом - лучше - их общего с королем внука, предположительно, герцога, предпочтительно Портсмутского - будущему деду нравилось, как это звучит. Однако взглянув на притихшую дочь, Бересфорд очнулся от грез. Нет, если Бесс будет так мямлить и дальше, дела не будет!

Нельзя было сказать, чтобы Рочестер был близок к Кастлмейн, хоть она и доводилась ему кузиной, однако этого родства пока что было достаточно, чтобы его дерзкие стишки нельзя было обратить из оскорбления в шутку, хоть и весьма рискованную. По большому счету, интересы Джона и Барбары еще нигде не пересекались, и это немало способствовало их ровным отношениям.
-Вы пропустили лето, миледи, а оно не заслуживает такого невнимания, - обаятельно улыбнулся он Кастлмейн, а за компанию - и незнакомой девице, скромнехонько сидевшей поодаль, словно бедная родственница. Рочестеру это ничего не стоило, а девице будет приятно. Граф любил совершать добрые дела, когда к этому не требовалось никаких усилий.

URL
2011-02-06 в 14:36 

Omnia vanitas
Я не администрирую все рекламируемые игры.
"Не гостиная, а театр какой-то, - невольно повторила Барбара мысль своего небезызвестного соотечественника. - И труппу надо бы проредить".
- Прошу располагаться, милорды. Что бы ни привело вас ко мне, мои время и внимание полностью в вашем распоряжении, - проговорила леди Кастлмейн.
Понятливому папаше должно хватить ума исчезнуть вместе со своим чадом и не раздражать герцогиню. Барбара вдруг вспомнила, что она с утра в дурном настроении. Однако когда леди Кастлмейн уже собралась объявить, что гости очень торопятся, ее посетила более практичная идея, не лишенная ароматной капельки порочности. Девице пора переселяться из эмпирей в Уайтхолл. А что для этого может быть лучше, чем пара лоботрясов, распускающих павлиний хвост перед каждой восхищенной дурочкой.
- Впрочем, еще два слова. Милорды, герцог Монмут, граф Рочестер, позвольте представить вам сэра Генри Бересфорда и его дочь Элизабет, - пропела Барбара.

Бересфорд снова согнулся в глубочайшем поклоне, косясь на дочку - достаточно ли почтителен и низок ее реверанс, чтобы джентльмены могли оценить ее бюст, не выказывая явного любопытства, а после в витиеватых выражениях заверил милордов Монмута и Рочестера, что знакомство с ними есть величайшая честь для его скромной персоны.

Герцог отвесил небрежный поклон Бересфорду, более занятый бесцеремонным разглядыванием прелестей его дочери.
Однако, девица и впрямь прехорошенькая. Жаль только, что слишком застенчива, но это делает приз еще соблазнительнее. Тем паче, что скромному бутону недолго оставаться таковым в Уайтхолле, а тем более при живейшем участии леди Барбары. От Монмута не укрылась усмешка, на мгновение зазмеившаяся на красивых губах миледи, когда она представляла Бересфордов.
Монмут улыбнулся. Что ж, в делах такого рода Джеймс с радостью готов помочь прекрасной даме. Нет, даже двум прекрасным дамам.

Он более церемонно поклонился Элизабет Бересфорд и, не спуская с нее своего темного взора, произнес:
– Надеюсь, вы позволите мне сказать, сэр, что ваша дочь очаровательна. Настолько очаровательна, что мне хотелось бы найти более выразительное слово! Но, увы, я не поэт, как граф Рочестер, – с легкой насмешкой добавил Монмут, поскольку слова, найденные Рочестером, могли быть настолько выразительными, что способны были довести бедняжку до обморока от смущения.

Рочестер с прежним благодушием взирал на девицу и ее папашу, поскольку без лишних комментариев было ясно, что фермер привел телочку на ярмарку и намеревался выторговать барыш посолиднее, как следует отполировав на товаре колокольчик, а рога украсив ленточками. Образ получился таким ярким, что в голове сами собой начали складывать строки очередного блистательно-ехидно стихотворения о приключениях деревенских жителей при дворе, однако граф припомнил, зачем они, собственно, потревожили покой Кастлмейн.
-А как поживают ваши прелестные собачки, миледи? Почему никто не пытается отгрызть пряжки с моих башмаков и пожевать банты?

- Это нетрудно исправить, милорд, - заверила Рочестера Барбара и велела принести питомцев.
Леди Кастлмейн обладала рациональным умом, и в ее сознании все вещи и их владельцы располагались сообразно своим материальным достоинствам. Двум крохотным собачкам отводилось место где-то между атласными лентами и золотыми булавками, - как любым мелким подаркам. Недавно явившийся на свет щенок его пока не имел вовсе.
Ощущая себя таким образом хозяйкой положения, Барбара баловала обеих спаниелек без меры, становилась язвительна, когда по каким-то причинам долго не виделась со своими питомцами, и совершенно не могла обходиться без них за завтраком, где им полагался непременный кусочек сахара из рук миледи.
Потому, когда две золотистые собачки с радостым визгом бросились к своей благодетельнице, Барбара усадила их к себе на колени и с привычным чувством отдохновения запустила пальцы в блестящую длинную шерсть.

Вспомнив о цели визита к графине Кастлмейн, Монмут отвлекся от девицы и уделил внимание двум повизгивающим комочкам. Он еле сдержал смех – сейчас леди Барбара повадками напоминала наседку с цыплятами, и едва ли подобные знаки привязанности, с пылом выражаемые ею, доставались собственным детям миледи.
Верно подмечено, собачонки, на первый взгляд не годные ни на что путное, способны укротить и загнать дичь покрупнее, чем самые натасканные в охоте гончие.
Джеймс улыбнулся, словно умиляясь представшей перед ним пасторальной картинке, и лукаво заметил:
– Право, не знаю, кто из вас счастливее в этот миг, миледи. Вы ли, ласкающая эти очаровательные создания, или они, внимающие ласке столь прекрасных рук, – и Монмут вновь улыбнулся, очертив ямочки на своих нежных юношеских щеках.
Он надеялся, что миледи Кастлмейн не слишком растрогается комплиментом, и ему не придется в свою очередь гладить этих коварных тварей, способных ни с того, ни с сего цапнуть хорошего человека за палец.

Опасения Джеймса были совершенно напрасны - со своими малютками Барбара была столь же ревнива, сколь заботлива. Ей доставляло нескрываемое удовольствие наблюдать за страданиями служанок, которых ее подопечные ни в грош не ставили, нещадно кусали и мучили бессмысленным визгом, стоило леди Кастлмейн исчезнуть из виду. И если бы вдруг Монмуту удалось поладить с одной из спаниелек, то был бы чувствительный удар по самолюбию Барбары. Потому, к счастью для Джеймса, комплимент был принят благосклонно, но без лишнего энтузиазма.
- Вы слывете знатоком очаровательных созданий, милорд, мы польщены, - почти без иронии улыбнулась Барбара шестнадцатилетнему герцогу.
Монмут изрядно напоминал отца, и леди Кастлмейн иной раз вспоминала о юнце, помогая его августейшему родителю отвлечься от государственных дел. Графиня почти непроизвольно склонила голову так, чтобы темные локоны самым выгодным образом оттеняли сахарно-белую шею, и весело посмотрела на Джеймса.

– Моя слава бежит впереди меня? – притворно изумился Монмут, ни на йоту не доверяя нежному голосу уайтхолльской сирены. Однако это не помешало взгляду герцога одобрительно оценить небрежное движение локонов.
Что бы ни говорили про скверный нрав графини Кастлмейн, она все же была чертовски красива, и Джеймс с удовольствием отдался во власть чар леди Барбары. Полагая, что ему под силу в любой момент разорвать сладкую паутину, Монмут позволял себя опутывать, продолжая скользить по тонкому льду опасного флирта.


Рочестер, между тем, ни на мгновение не забывал о том, зачем они пришли к миледи Кастлмейн и для в жертву чему, собственно, предназначена милая тварь. Ему было любопытно посмотреть на Монмута со спаниелем под мышкой, на Хитклиффа, лелеющего зверушку, а также на лицо мистрис Стюарт, когда она поближе познакомится со своей тезкой. Это значило, что он не свернет с намеченного пути ни на йоту и удержит на нем Монмута - точнее, станет удерживать, пока не утолит своего любопытства или не найдет для него новый предмет, позанятнее.
-Я предложил Монмуту завести герольда, чтобы слава его бежала впереди, резво тявкая. Говорят, у вас есть щеночек от короля?

Барбара была умилена тем, как быстро отпрыск короля забыл про деревенскую деву. Графиня горделиво приосанилась.
- Милорду больше к лицу был бы ворон, слава у вас крылата, - лукаво заметила она и пощекотала спаниельку. Собачонка взвизгнула, ее товарка всполошилась, завязалась грызня. Барбара небрежным жестом стряхнула обеих на ковер.
- Впрочем, и щеночек найдется, - подтвердила леди Кастлмейн, с ленивым любопытством наблюдая за разборками своих питомцев. - Хотя и не такой покладистый, как эти крошки. Королевская кровь! - прищурилась она с авторитетностью ламии и наконец наклонилась растащить парочку.

Монмут поклонился, принимая комплимент.
– Весьма польщен, миледи, однако мне нужен не вестник, а добрый друг, – отозвался герцог, состроив самую жалобную мину. – Не вы ли говорили, что и мужчины, и женщины любят нас за что-то, и лишь собаки просто так? Я решил прислушаться к вашему мудрому совету, леди Кастлмейн.
Откровенно говоря, Джеймс полагал, что и собаки любят своих хозяев за миску похлебки и кость посочнее, но такая плата за привязанность совсем не обременительна, а шансов на верность гораздо больше.

Графиня, которая в жизни ничего подобного не говорила, пожала плечами и велела принести щенка.
Маленький ком шерсти яростно скулил в горсти служанки. Бедная женщина, хлебнувшая горя от злонравных животных, старалась лишний раз не трясти щенка и оттого казалась торжественно сосредоточенной. При ее круглой приземистой фигурке получалось очень потешно. Барбара хмыкнула и приняла собачку в собственные белые ручки.
- Вот она, красавица, - леди Кастлмейн протянула щенка Монмуту, заинтригованная. Лицо юного герцога в этот момент тоже было очень забавным.

Джейми выглядел молодым папашей, которому на руки положили яростно вопящего первенца, и Рочестер не сдержал улыбки.
-Я уверен, что милорд Монмут будет хорошо заботиться о вашей крошке, кузина. Например, не заставит бедняжку семенить до кареты на собственных лапках, а понесет в кармане. Или нет, в шляпе, чтобы малютка могла наслаждаться видами.

Все бы ничего, Бесс уже справилась со своим страхом и спокойно взирала на миледи, отмечая в душевном блокнотике все мелочи ее туалета, все манеры и слова. Всегда пригодится.
Девушка уже бодрее взглянула на отца и уже приготовилась было что-то ответить миледи, как в залу вошли два молодых человека. Оба были красивы, благородны и их наряды отличались изумительным щегольством. Один другого краше. Это оживление и резкий поворот в визите к миледи несколько озадачил Бесс, она не могла предположить такого варианта, однако изобразила грациозный реверанс, как только Барбара представила семейство Бересфорд кавалерам.
Слава Богу, что Элизабет была не настолько застенчива. Визит молодых людей не смутил ее вовсе, даже обрадовал, ведь не каждый день дается такой шанс, однако не обойтись бочке меда без капли дегтя. Джеймс Монмут, кажется этого кавалера звали именно так, уж больно лестно стал отзываться о дочери сэра Генри. Бесс все-таки смутилась, но ненадолго. Как только внимание герцога и миледи было обращено на собак, румянец исчез с прелестных щечек девушки, и она вздохнула, благодаря небеса.

URL
2011-02-06 в 14:37 

Omnia vanitas
Я не администрирую все рекламируемые игры.
Джеймс критически рассматривал свое новое приобретение, держа на вытянутых руках. Щенок, яростно повизгивая, извивался тщедушным тельцем и пытался вырваться из чужих рук. Монмут негромко рассмеялся – первая оторопь прошла, и он счел спаниельку даже презабавной.

– Да это настоящий маленький дьяволенок! – со смехом воскликнул Монмут. – Не понимаю, почему вы, леди, называете их ангелочками? По всем приметам эта тварь одержима злыми демонами. Что ж, такая собака мне по душе, премного вам благодарен, миледи, – и Джеймс с самым торжественным видом опустил визжащий комочек в свою шляпу. Спаниелька, видимо, оценив герцогский предмет гардероба по достоинству, ворча, стала устраиваться поудобнее, блестя бусинками своих глазок.
Заполучив в свое распоряжение собачонку, Монмут вновь обратил внимание на юную мистрис Бересфорд, которая не промолвила ни слова в присутствии джентльменов и, казалось, вовсе хотела слиться с предметами обстановки. Джеймса такая застенчивость позабавила так же, как и протестующая возня щенка до того. Все они одинаковы, эти очаровательные создания. Сначала дичится – потом приручится. Монмут ухмыльнулся: скромность девицы, тем не менее, не помешала ей, следуя придворной моде, обнажить грудь в декольте. Не таясь, он скользнул взглядом по платью Элизабет, уделив более пристальное внимание упомянутой части туалета.

Оценив взгляд Монмута как мужчина, Бересфорд должен был бы возмутиться как отец девицы, на которую столь откровенно и бесцеременно взирал его светлость. Однако же сэр Генри, напротив, оживился, заметив проявленный королевским бастардом интерес. В идеале, конечно, он желал бы найти Бесс выгодного мужа, однако, за неимением стоящего жениха, был готов ограничиться поисками постели потеплее. Что есть женская добродетель, государи мои? Прах к праху, пепел к пеплу... В положении любовницы есть свои преимущества, стоит взглянуть хотя бы на миледи Кастлмейн.
-Осмелюсь заметить, что собачки столь же прелестны, как и их владелица, - льстиво промолвил он, кланяясь Барбаре.

-Каждая собака должна быть похожа на своего хозяина, - не преминул заметить Рочестер, погладив копошащегося в Монмутовой шляпе щенка - его висячие уши и карие глазенки в самом деле живо напоминали пышные локоны и темные очи герцога. - Полагаю, кузина, вам больше подошла бы борзая или гончая.

Леди Кастлмейн рассеянно кивала в ответ всем троим. На Рочестера она привыкла обращать внимания не более, чем то положено вздорному юнцу, каким был ее кузен, Монмут увлечен девицей - Барбара невольно чуть вздернула подбородок; папаша Бересфорд не в счет.
Ну что ж, парочка шалопаев получила свое, пора и ей приняться за дело. Барбара чуть подалась вперед и доверительно поделилась с Джеймсом своей тревогой:
- Мистрис Бересфорд, кажется, поражена в самое сердце видом разлуки чада и родительницы... Мы были бы счастливы видеть вас время от времени, дабы в вашем галантном обществе наблюдать счастливое воссоединие семьи. Если, конечно, - встрепенулась она, - сэр Генри доверит мне, в своей черед, заботу о любимой дочери, которую я хотела бы видеть своей вопитанницей.

Бесс проследила за взглядом милорда и ахнула про себя. Теперь ей было понятно, отчего ее папаша так беспокоился об открытом декольте. А ларчик просто открывался... Девушка была так поражена, что даже забыла смутиться от этого неприлично-сладкого взгляда молодого придворного, или просто ей надоело это глупое ребячество. Элизабет за несколько минут своего безмолвного наблюдения за приходящим отчетливо уяснила, что невинность и скромность здесь не в чести, что пороки и наглость здесь играют большую роль, и от этого ей стало противно.
Бесс отвлеклась от своих страшных открытий, когда миледи вновь обратилась к ней. Девушка улыбнулась и повернулась лицом к Барбаре, тем самым усложнив милорду Монмуту беспрепятственное любование своим телом.
- Это будет честью для меня, - воодушевленно пропела она, ничуть не сомневаясь, что отец задорожит своей дочерью, опасаясь оставить ее здесь совсем одну.
Сэр Генри, наверное, заметил маневр дочери и явно был не в восторге от выходки, однако Элизабет была чертовски довольна. Для нее этот гордый поворот уже был маленькой победой, а значит она сможет побороть и свой страх, и свое смущение и будет подражать обожаемой графине. Пусть профиль, а не анфас, но во всяком случае так невинной душе во сто крат спокойнее.

Герцог Монмут усмехнулся – девица выполнила, по ее мнению, ловкий маневр, отвернувшись в сторону. Неплохо, значит, юная леди заметила и оценила внимание, направленное на ее персону. Монмут сделал несколько шагов в сторону, нейтрализовав тем самым усилия Элизабет, и умудрился отвесить поклон одновременно обеим леди.
– Меньше всего я бы хотел огорчить мистрис Бересфорд, а тем более вас, миледи. Мы с Фэнси – думаю, собачке подойдет это имя – будем навещать вас как можно чаще, дабы не дать угаснуть родительским чувствам нежной матери, – почти пропел Джеймс с ласковой насмешливостью. Приключение, которое предлагала леди Кастлмейн при негласном попустительстве благородного отца, обещало быть весьма приятным и необременительным.

-Для нас это будет честью! - с неменьшим воодушевлением поддержал дочку Бересфорд. Еще бы, он и надеяться не смел, что миледи Кастлмейн будет настолько щедра в своих милостях, и рассчитывал, что придется нанести ей еще с полдюжины визитов, чтобы она хотя бы запомнила, как зовут ее гостью. А тут! Да сэр Генри самолично был готов упаковать пожитки Бесси и немедленно тащить в Уайтхолл, пока леди Барбара не передумала. - Ваше благосклонное внимание, миледи, несомненно, наилучшим образом скажется на манерах и характере любой юной девушки, но я уверяю вас, что Элизабет будет прилежной ученицей и не обманет ваших надежд!

-Верю, миледи, что мисс Бересфорд восполнит своим обществом потерю столь прелестного создания, - улыбка Рочестера получилась не столь ослепительной, как задумывалось, поскольку Фэнси, чуя скорую разлуку с родней, успела чувствительно тяпнуть его за палец, а зубки у нее были хоть и мелкие, но острые.
-С вашего разрешения, мы с милордом Монмутом откланяемся, чтобы не длить тягостную сцену, столь печалящую добрые сердца наших чувствительных дам.

- При таких врожденных достоинствах в этом не приходится сомневаться, - милостиво кивнула графиня Бересфорду и не удержалась от долгого оценивающего взгляда в сторону Джеймса. Если мальчик и впрямь пошел в отца, то затевается нечто очень любопытное.
- Ждем вашего следующего визита, милорды, - заключила леди Кастлмейн, довольная и царственная, как сытая львица.

После обмена прощальными поклонами Барбара осталась наедине со своей воспитанницей. У графини были большие планы, и надо было основательно подумать, чтобы не промотать зазря попавшее к ней в руки золотце.


Эпизод завершен

URL
   

Лорд с обезьянкой

главная